Борис Барский

Борис Барский.
Лирические стихотворения о любви к разнообразным женщинам

Прочтите не пожалеете. Это действительно талантливый человек. Написать такие стихи может не каждый! Простота, юмор, легкость, неожиданность, все это присутствует. Вам очень понравится!

Борис Барский.
Лирические стихотворения о любви к разнообразным женщинам!

1. Ты, конечно же, не знала
То, что я конкретно знал,
То, что ты тогда ласкала
Не меня, а мой астрал.
Говорила, что любила,
Я на этот счет острил,
Ты под пьяную косила,
Я под трезвого косил.
Но под нами был диван,
А над нами потолок,
Я был молод и был пьян,
И, конечно, одинок,
Ты из рук меня поила,
Я тебя как вод купил
И острил, ты говорила,
Чтоб язык я прикусил.
Отомстила мне гордячка,
В миг сближенья наших тел — Назвала себя горячкой,
И я просто: Остолбенел.

2. Случайно проснулся
И не понимаю — Стою я на крыше Вагона трамвая.
Что это опасно — Я осознаю,
Я не понимаю, Зачем я там стою?
Ну, я понимаю,
Проснуться с похмелья
В совсем не знакомой
И чужой постели.
Бывает занятно,
Я так думаю,
И где-то в душе-то
Оправдываю : А как объясню я Жене или маме,
Что я на трамвае
И в женской пижаме?
Сказать: на трамвае
Поехал я к морю — И мать разъярю
И жену раззадорю.
Ну что тут сказать,
Ведь подумайте сами — Я в женской пижаме,
Мужик и с усами
На крыше трамвая
И, главное, вою… Очнулся в постели,
Приснится ж такое: Жену еще напугал. БРЕД!

3. Я наказан, и поделом,
Пусть свидетель тому — Вселенная.
Помню, я называл тебя Ангелом.
А ты ведьма была Несомненная.
Промахнулся, и это
Не в первый раз,
Да и как научить
Такого тупого?
Я хотел открыть тебе
Третий глаз,
А взамен своего
Чуть не лишился
Второго.
Чертыхался долго,
Когда удирал,
И когда, удирая,
Следы запутывал: Тьфу! Тьфу! Тьфу!
Лучше б черт меня подобрал,
Когда ты, словно Бес,
Все во мне попутала!
У-у-у, ведьма!

4. Вы пришли ко мне из снов,
Из фантазии мечтов,
И влюбился я безумно
В стрелки Ваших колготов.
О, как Вы мне дорога,
Вы мой друг и подруга,
Я бы с Вами, мое счастье,
Повалял бы дурака.
С Вами радость и тоска
От ногтя до волоска,
Пусть немного Вы плоски,
Как гладильная доска.
Это вовсе не беда,
Ну, кривы Вы, ерунда,
На безрыбье рак ведь рыба — Вот и любишь верблюда.

5. Я овеян дыханьем вечности
И трусясь на краю параличности,
У меня остывают конечности
И еще раздвоение личности.
Как кобель, просто до практичности,
Я, задрав гордо хвост, аж вспотел
От открытости и неприличности
Оголенных весной женских тел.
Почему замираю я, пламенный?
Что со мной?
Я, как будто больной,
Я как на поле боя, как раненый,
Исхожу, истекаю слюной.
Вижу руки, и ноги, и талии,
И опять повторяю вопрос;
Что со мной, у меня аномалии?
Нет на женщин авитаминоз.
Я целовал ее взасос,
Ну а потом тошнило мне,
По коже пробегал мороз,
И жар с морозом наравне:
Потом болела голова,
Я был с ней близок, как умел,
А Бог во мне шептал слова;
Дружок, ты просто охренел.
А утром, утром я острил,
Когда с нее тихонько слазил;
Если я водки перепил
То, мать ее — Всевышний сглазил.
Начинаю в сотый раз
Вспоминать опять сначала,
Как пленительно у Вас
В животе вино урчало.
Словно Муза и Пегас,
Ночью с Вами мы резвились,
И божественно у Вас
В темноте глаза светились.
О, как выпуклы и гладки (Наслаждение и пытка)
Эти плечи, и лопатки,
И кошачая улыбка.
Я от Вас маниакальный,
Я хотел бы вновь обнять Вас,
Вас увидеть визуально,
Осязать и обонять Вас.
Но разлуки не умерить,
И страданий не унять- Вас не взвесить, ни обмерить,
Ни понюхать, ни обнять.

6. Вы — глаза, я — глаз сетчатка,
Вы — гроза, а я — взрывчатка,
Вы — ботинок, я — нога,
Я — рука, а Вы — перчатка,
Я — монетка, Вы — копилка,
Вы — розетка, а я — вилка,
Вы — стандарт, я — эталон,
Вы — Союз, я — Аполлон:
Мы так долго друг другом любуемся,
Так когда ж мы, наконец, состыкуемся?

7. Вот зыбучая трясина
Засосала и меня — Я напился, как скотина,
Я напился, как свинья.
Я проснулся и размяк,
Загудели перепонки,
Я узнал, что одходняк — Это то же, что и ломки,
В голове моей гудит,
Пульс чихнул и замер мертво,
Я томлюсь, хрипит в груди,
И подушки пальцев терпнут.
Я трясусь, я весь дрожу,
Вкус исчез от перегара,
В зеркале я нахожу
Песью морду сенбернара.
Перестало сердце биться,
Вот и челюсти свело:
Вниз всегда легко скатиться,
А подняться тяжело.
Все болит, мне не легко,
Я смотрю, а взгляд коровы, Люди!
Пейте молоко — Будете всегда здоровы!

8. Сегодня я, ну так, спьяна,
Вдруг понимаю: не Бог весть,
Но удивительна страна,
В которой я есть.
Очаровательна страна,
В ней тоже есть своя прелесть,
Она порой загадочна,
Но небо есть и зелень есть.
И на земле растет трава,
И что-то птицы там поют,
Сады и плододерева,
И в реках рыбы плавают.
Я потрясен, я будто сплю,
Я в ней дышать, и пить, и есть.
И я влюблен в эту Землю,
Ведь в ней такие парни есть Как я!
И как мои друзья!

9. Мы повздорили немножко,
Я сказал, что ты мартышка,
Что вредней облезлой кошки
С недобритою подмышкой.
Что за странное созданье:
Ни лица, и ни фигуры,
С мига миросозиданья
Свет не видел такой дуры.
Был я просто изничтожен,
Я-глиста, слизняк, и плесень,
Я узнал, что я ничтожен
И в постели бесполезен.
Ты сказала откровенно:
На кого батон ты крошишь?
Как мужик обыкновенный
Ты же ничего не можешь.
Как собаки мы сцепились,
Но нежнее и нежнее,
Мы кусались, мы возились,
Охая, вздыхая, блея.
Ты простить себя молила,
Наслаждаясь мною в профиль.
Чтобы ты не говорила,
Я в постели — Мефистофель.

10. Вы лежали в гамаке
С сигаретою в руке
И невольно искривляли
Тело где-то в позвонке.
Вы лежали у реки
Ни близки, ни далеки,
И губами выдували
Слюни, словно пузырьки,
Я хотел быть ветерком,
Я хотел быть гамаком,
Грудь Вам лапками царапать
Легкокрылым мотыльком.
Я хотел бы быть рекой,
Гладить Вас своей рукой,
Гладить волосы и тело — Вот я ласковый какой:
Я хотел быть ветерком,
Я хотел быть мотыльком,
Только на хрен Вы мне сдались
С искривленным позвонком.

11. Ты садистски меня погубила,
Неужели ни капли не жалко?
Неожиданно мне залепила
По загривку от теста качалкой?
А потом как собака взбесилась,
И царапалась, и кусалась,
То за мной с молотком носилась,
То с ножом на меня бросалась.
Говорила, что я убогий,
Что тупее трусливого зайца,
Обещала сломать мне ноги
И грозила отрезать:пальца
Удивлялся я, видя такую
В ослепительном гнева потоке
Лишь за то, что случайно другую
Незаметно погладил по жопе.

12. Ничего не понимая,
Я почувствовал тревогу — Острым каблуком, в трамвае,
Встали Вы на мою ногу.
Замер, вижу началось,
Мы к друг другу припотели,
Чувствую шампунь волос
И пупырышки на теле.
Что со мною — я не знаю,
Вы, как ангел Вы, как кукла,
Я всем телом осязаю,
Как Вы выпукла и впукла.
Думать так наверно низость,
Я как газовый баллончик,
Я за нашу с вами близость
Прокусил бы Ваш талончик.
Но с трамвая лишь сошли,
И прошла любви отрава,
Я пошел, и Вы пошли,
Я — на лево, Вы — направо.

13. У него была она,
И он ее любил,
Но она стала неверна,
И он ее убил.
И в душу закопал,
И надпись написал,
Что у него была она,
И он ее любил,
И она стала неверна,
И он ее убил.
И в душу закопал,
И надпись написал:
А я подумал: ну так что ж,
Ведь всех же их не перебьешь.

14. Как быстро сменяются
Цифры и даты,
Я больше не чувствую
Времени счета,
Я выхожу и иду
Куда-то,
Не отдавая себе
Отчета.
Сутулый, шагаю я
Придурковато,
Бреду, как в бреду,
Да какой там бред:
Ведь если я был
С кем-то, где-то, когда-то,
То очень давно,
Меня там уже нет.
И, в общем, вопросов-то
Не Бог весть,
Но не нахожу
В голове ответов:
Ведь если я был — То, должно быть, я есть?
А если я не был — То, значит и нету?
В задумчивости,
Все на свете ругая,
Слова вспоминая,
Кручу головой:
Я спрашиваю: Где я? Кто я? Куда я? Зачем я?
А главное: Ради чего я?

15. Я люблю Ваших глаз
Овальчики Я в нокауте
В первом же раунде,
Ваши тонкие в кольцах
Пальчики
Крепко держат меня
За \»Баунти\»,
А от пальчиков Ваших
Веет морозом,
Я очень прошу Вас:
Так крепко не надо,
Там нежная, сочная Мякоть кокоса
И толстый-толстый
Слой шоколада.

16. Глаза отводишь ты напрасно,
Напрасно, мы с тобой одни.
Ты знаешь — и тупому ясно,
Что у тебя больные дни.
Я счастлив прямо паралично,
Я отдохну теперь дней пять,
А ты не будешь неприлично
Ко мне все время приставать.
Мне радостно, и я ликую,
отчего? Хотите знать?
Да от того, что в отпуску я,
Один раз в месяц дней на пять:
Ты горящих румянец щек
И душистость дождя лесная,
Ты шампанского сладкий глоток,
И глоток горячего чая.
Ты мурашки, за шиворот снежки,
Дым в полоске яркого света,
И грибы еще ты, сыроежки,
И мальборовая сигарета.
Кружишь голову как наркотик,
Вот в висках у меня застучало,
Но едва отрываешь ротик –
Тут же думаю: Лучше б молчала:
Я сижу с бокалом в баре
И ужасно скучно мне,
Я мечтаю о пожаре
И о девушке в окне.
Как ее, собой рискуя,
Я спасаю из огня,
И как нежно поцелует,
Скажет: На, возьми меня:
Я возьму, дрожащий нервно,
Год пройдет — и вот итог:
Думаю, что эту стерву Я б собственноручно сжег.

17. Я Вас любил так безнадежно,
Не упрекая, не виня,
Так пылко, бережно и нежно,
Как дай Вам Бог любить меня.

18. Я замер около фонтана,
На Вас поднять не смея глаз,
Я экзотичным был и странным,
Как киви или ананас.
Вы, словно, обо всех забыли,
И голос Ваш, в ушах звеня,
Сплетал слова, что говорили
Вы обо мне и для меня.
А как глаза Ваши светились,
Всего меня воспламеня,
Как на икону Вы молились,
Глядя на ангела-меня,
Меня просили Вы остаться,
А я Вас об ином молил,
Молил ко мне не прикасаться
Из самых из последних сил.

19. Я продолжал хранить надежду,
Вам не понять, как я страдал,
Когда сорвали Вы одежду
С меня, и я себя отдал.
Я знал — Вам до меня нет дела,
Я знал, что тела Вы алкали,
Вы так хотели мое тело,
Что, в общем, даже не скрывали.
Но воздух тишиной звенел,
Ажурность слов во мне сплетая,
Я их шептал, я Вас хотел,
В безумство с вами улетая,
Грехи отмаливал потом,
Я понимал, что был помешан,
Я называл себя скотом,
Покорно соглашаясь — грешен.
Я — бесхребетен, я — ничто,
А Вы. А Вы — беда Господня.
Нет! Никогда! Нет! Ни за что!
Нет! Лучше в десять и сегодня!

20. Был туман, и моросило;
Ты глаза свои косила;
Но чего-то не хватало,
И за окнами светало.
Помню, раньше что-то было,
Помню, что собака выла,
Но внезапно перестала –
Дура, видимо устала,
Почему-то не сиделось,
Мне тебя обнять хотелось,
Только ты не обнималась,
И обнять не состоялось,
Раньше весело смеялось,
Я мечтал, и мне мечталось,
И шептать тебе хотелось,
А теперь вот не шепталось.
Нечего не сохранилось,
Что-то больно умирало,
Что-то новое рождалось.

21. Мне хотелось, чтоб у Вас
Одеялка убежала,
Чтоб лежали Вы в анфас,
И луна Вас обнажала.
Чтоб сбежала простыня,
И прикрыть Вам нечем тело.
Вот, моля, Вы на меня
Смотрите — а мне нет дела.
И, сплетая стыд и боль,
От такой вот переделки,
Вы лежите, как \»бризоль\»
Обнаженная в тарелке.
Чтоб подушки ускакали,
Спотыкаясь, семеня,
Чтоб, стыдясь, Вы мне сказали:
Ну хоть ты прикрой меня:
Я уверенно и смело
Вашу честь спасу и Вас,
Я прикрою своим телом
От бесстыжих липких глаз
Похотливых кобелей — Вас, души моей елей.

22. Солнце лизнуло сперва стекло,
Это когда по стене стекло,
Ну, а когда по стеклу стекло,
Словно утюг на ковер упало.
Да, а затем, по ковру скользя,
Нарисовало окно на стенке
И, сделало то, что делать нельзя — Нахально легло на твои коленки.
Это место мое! Я решительно встал,
Ревность тупая во мне вдруг проснулась,
Прочь его взял и с колено прогнал,
Шторы зашторил, и ты улыбнулась.
Солнце подумало: не повезло!
Я проворчал: ишь, какое скорое,
Медленно солнце за тучу зашло,
Ну а мы занялись кама-сутрой за шторами.

23. Мне вчера вдруг стало себя жаль,
Ничего поделать я не мог,
На меня обрушилась печаль,
Да такая, что я просто занемог.
Я безумно тер свои виски,
Я буквально даже постарел
От щемящих лап гипертоски.
Беспричинно как-то я грустил
И печаль из глаз моих текла,
Нос повесил, руки опустил
И смотрел на отражение стекла.
А сегодня, лишь глаза открыв,
Я печаль, как сон смахну рукой
И подумал: Как же я красив,
Господи, а умница какой!

24. Опять сплелись в пружину нервы:
Но чувства, чувства не видны.
О, Боже! Как Вы лицемерны !
О, Господи! Как холодны!
Непринужденно улыбаюсь,
Я восхищен вашей игрой,
Вам не понять, что издеваюсь,
Но не над вами — над собой.
Такое даже не присниться –
Будто по кругу я вращаюсь,
Я прихожу, чтобы проститься,
И каждый раз к вам возвращаюсь
В разлуке я ваш голос слышу,
И пусть в словах неосторожен,
Пусть говорю, что ненавижу,
Но ведь люблю! Храни Вас Боже!
Пускай забыть хочу безмерно –
Мои страдания напрасны,
Да, Вы от черта лицемерны,
Но Вы от Господа — прекрасны.

25. Все во мне перевернулось,
Все во мне перемешалось,
В мое сердце ты нахально
Хирургически вмешалась.
На твоих глазах я вяну,
Я страдаю, но молчу,
На тебя лишь только гляну –
Тут же сразу и хочу.
Не дышу, а обоняю:
Носик, ушки, ручки, ножки,
Я глазами открываю
Твои змейки и застежки.
Видно мысли ты читаешь,
То приходишь, то уходишь,
Раздразнишь и исчезаешь,
Думая, что за нос водишь:
Ты мне голову морочишь,
Погоди еще, — шепчу я,-
Когда ты меня захочешь –
Знать тебя не захочу я.
Будешь всхлипывать слезами
И страдать, ломая когти,
Раздевать меня глазами
И кусать себя за локти.
Может быть и снизойду я:
Наслаждайся моим телом,
Но шепчу при поцелуе:
Дура! А ведь не хотела!

26. Я горю сигаретой малборово
И пускаю колечки бездумно,
Я лежу, и лежать так здорово,
Поэтично и остроумно,
Я дымлю сигаретой мальборово,
О, как мне элитарно дымить,
Верно, думаю, так же здорово,
Как жирафа с ладони кормить.
Я лежу в поэтическом жанре
И в блаженстве щипаю брови,
И вдруг-ты, да еще в пенюаре,
Вся прозрачная, с чашечкой кофе.
И внутри у меня как жахнет,
Заурчит, застучит, затрещит,
Тут не я, тут и мумия ахнет,
Нет, не ахнет, а заверещит!
Я как будто в хмельном угаре,
Только слышу: чего ты трясешься?
Но ведь кофе в постель, в пенюаре –
Черта с два от тебя дождешься.

27. Мерцают звезды, в висках пульсируя.
Листья кружатся, с ветром вальсируя,
Фляки проделывая и сальто,
С грохотом катятся по асфальту
Грустно и глупо, и мерзопакостно,
Боже мой, Боже, когда это началось?
Кошки в душе, и тоскливо, и плакостно,
Все отгрустилось, и все отргустнячилось.
Я захлебнулся в собственной жалости.
Сон, будто в бездну, стремительно падает,
И одиноко тот одичалости:
И то не волнует, и это не радует.
В пляске кручусь полоумной я мысленно,
Страшно. Но знаю — не нужно бояться
Верно все то, что природой написано:
Падают низко чтоб выше подняться!

28. Любовь аналитически
Познал я вплоть до тактики,
Познал теоретически,
Мне не хватает практики.

29. Есть на лице моем печаль,
Я не могу уже молчать:
Я гений! — хочется кричать –
Никто не хочет замечать.

30. Промчатся куда-то годы
И скажут, меня читая:
Он с детства любил природу
И женщин родного края.

31. Дождь идет, и окна плачут,
А за окнами люди мокнут
И, как цапли, по лужам скачут:
Скокнут раз и еще раз скокнут.
Мочат головы, плечи, спины,
Легкие наполняют хрипом,
Все они заболеют ангиной
Или даже вьетнамским гриппом.
Будут дома глотать таблетки,
От простуды ведь даже глохнут,
В нос пипетки и пот в салфетки,
А потом вдруг возьмут и сдохнут.
Я б вот так и смотрел часами,
Как они, бестолковые, мокнут,
И как окна грустны слезами,
Как скорбят по покойникам окна.

32. Ночью умерли часы,
Потекли, как холодец,
Полувздох и две слезы,
Раз чихнули и:
Зажигалка заболела,
Пламя судорга свела,
В общем, тихо захрипела
И, опять же, умерла.
Влажной липкостью тоски
Телефон на ладан дышит,
Пепельница на куски,
Потихоньку едет крыша.
В унитазе пересохло,
Комната остыла вся,
Что могло, то все подохло,
Даже бра накрылася.
Значит, свет коньки отбросил,
Все кругом коробится,
Что ли пить мне взять и бросить?
А то нездоровится

33. Волос шампуня тонким ароматом
Я Вас вдохнул, не в силах устоять,
О, Господи, ведь нужно быть солдатом.
Чтоб голову с тех пор не потерять.
Я изнутри не каменный, увы,
Мгновение — успел лишь ахнуть только,
С открытым ртом смотрел на Вас, а Вы…
О, дай вам Бог сто лет цвести и пахнуть.
Я зубы сжал, я сдерживал слезу,
Вы не услышали ни возгласа, ни стона,
Черт побери, влюбился я в козу,
Козу, рожденную под знаком
Скорпиона. С тех пор бываю очень часто зол,
Безумно зол, и как здесь не беситься,
Чтоб, как баран безмозглый, как осел,
В жену свою без памяти влюбиться –
Здесь или генетические коды,
Или какая-то загадочность природы.


  1. анна

    Не стоит так категорично воспринимать творчество. Быть может, Вам, стоит прочесть стихи других поэтов. На вкус и цвет — товарищей нет, а любовь, каждый трактует по своему… fellow

Оставить отзыв

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *